Ольга Залесская — Обучение детей китайских мигрантов На территории Дальнего Востока СССР в 1920-1930-е гг.

445665968541125

С установлением советской власти в истории народного образования России начинается новый этап. Советским правительством была выдвинута совершенно новая стратегия в области народного образования, одним из аспектов которой являлось просвещение многочисленных народов на территории нового советского государства.

Одним из первых документов, разработанных Наркоматом просвещения РСФСР, было постановление от 31 октября 1918 г. «О школах национальных меньшинств», в котором декларировалось право национальностей на территории РСФСР на организацию обучения на своем родном языке на обеих ступенях единой трудовой школы и в высшей школе.

До Октября 1917 г. в России не было школ с преподаванием предметов на китайском языке. Дети китайских мигрантов (в основном дети китайских купцов, тесно связавших свое дело с Россией) шли в русские школы. После установления советской власти на Дальнем Востоке началась полная перестройка всей системы школьного дела, направленная на повышение качества учебной работы и улучшение подготовки педкадров. В общую сеть народного просвещения были включены национальные школы. Согласно циркуляру Дальоно от 10 января 1923 г. «О регистрации школ национальных меньшинств и о наблюдении за постановкой в них учебного дела» они были переданы из ведения бывшего Министерства по национальным делам ДВР в подчинение подотдела социального воспитания Дальоно. Все школьно-просветительные учебные заведения нацменьшинств и их преподавательский состав подлежали регистрации [1, C. 91].

В 1923 г. в Забайкальской, Амурской и Приморской губерниях насчитывалось в общей сложности 5684 детей (до 14-ти лет) китайцев и корейцев (4,4% от общего количества детей в этих губерниях). В планах дальневосточного отдела народного образования область работы среди корейцев, китайцев и туземцев была выделена как особая. В 1923 г. была составлена программа обучения в китайских школах. Все национальные школы перешли на преподавание на родном языке, русский язык стал отдельным предметом. Школы для детей китайских рабочих находились в ведении окроно и функционировали за счет местного бюджета. С января 1924 г. губернские отделы Дальневосточной области (ДВО) приступили к учету и восстановлению ранее функционировавших нацменовских школ, выясняя причину и время прекращения их деятельности и возможности их открытия [17, Л. 63, 116].

1 декабря 1924 г. Приморским губоно была открыта и принята на госбюджет китайская школа 1-й ступени во Владивостоке. К марту 1925 г. число учащихся возросло с 17-ти до 60-ти чел., в школе вели занятия три преподавателя. Детей обучали китайскому языку (иероглифическому и латинизированному письму), математике, физкультуре, рисованию, рукоделию, пению, истории, географии, природоведению Китая. При школе был организован пионерский отряд, куда вошли 33 ученика школы [12, Л. 234].  В школе практиковалась постановка спектаклей, издание стенгазет. Помещение школы арендовалось за 65 руб. в месяц и нуждалось в ремонте. Преподавание арифметики, велось на китайском языке исключительно в виде лекций, какой-либо наглядный материал отсутствовал. Наблюдалась постоянная нехватка программ на китайском языке, учебных пособий, школьной мебели [4, Л.Л. 53-54].

Помимо государственной, во Владивостоке функционировала и частная китайская школа, в которой в 1925 г. насчитывалось 106 учащихся (были разделены на 6 групп) и 4 преподавателя. Школа ежегодно получала около 2600 руб. от китайского общества. Возраст детей варьировался от 7 до 15 лет включительно, среди учащихся был один русский ребенок. По оценкам китсекции окружкома ВКП(б), в школе не было учебных программ, обучение велось бессистемно, знания учеников были очень слабы. Еще в 1924 г. поднимался вопрос о закрытии частной китайской школы [7, Л. 39]. В 1927/28 уч. г. школу посещали 130 детей. К 1929/30 уч. г., в связи с массовым оттоком китайских мигрантов из Дальневосточного края (ДВК) во время конфликта на КВЖД, она прекратила свое существование [16, Л. 42].

В соответствии с решениями XVI съезда партии (1930) и постановлением ЦК ВКП(б) от 25 июля 1930 г., ЦИК и СНК СССР приняли 14 августа 1930 г. постановление «О всеобщем обязательном начальном обучении». Согласно данному постановлению, с 1930/31 г. в СССР повсеместно вводилось всеобщее обязательное обучение детей (мальчиков и девочек) в возрасте 8, 9 и 10 лет в объеме не менее четырехлетнего курса начальной школы. Для детей в возрасте от 11 до 15 лет, не прошедших первых четырех групп трудовой школы, организовывались ускоренные специальные двухгодичные и одногодичные школы, курсы и группы при школах. После принятия вышеуказанного документа, а также после принятия ВЦИК и СНК 21 июля 1930 года постановления «О практическом проведении национальной политики в ДВК в отношении китайцев и корейцев», на обучение китайских мигрантов и их детей было обращено самое пристальное внимание.

Китайские школы в условиях Дальнего Востока должны были стать одним из инструментов национальной политики партии, показательным педагогическим учреждением по вопросам практики интернационального воспитания. По данным Всесоюзной переписи населения 1926 г., в ДВК проживало 72 тыс. китайцев (3,8% от общего количества населения в крае), в том числе во Владивостокском округе – 43513 чел, в Амурском – 8254 чел. и в Хабаровском – 7235 чел. 93% китайцев в ДВК составляли мужчины, детей возраста 8-11 лет было зарегистрировано всего 658 чел. (0,9%) [15, Л.Л.96-97]. Большинство китайских мигрантов не имело семей, но все же на советском Дальнем Востоке сложился определенный контингент китайских детей школьного возраста.

К 1927/28 уч. г. в ДВК уже насчитывалось 4 государственных китайских школы 1-й ступени с общим количеством учеников 127 чел. [16, Л.42]. В дальнейшем количество учеников увеличилось до 159 чел. в 1928/29 уч. г., затем  до 207 чел. в 1929/30 уч. г., до 330 чел. в 1930/31 уч. г. и в 1931/32 уч. г. достигло 1000 чел. [10, Л.37]. В отличие от корейцев, китайские подростки не были вовлечены в профобразование – в техникумах не обучались.

В 1925 г. в одной из школ Благовещенска была специально организована группа обучения китайских детей (их в группе насчитывалось более 50-ти чел., а общее количество учеников в школе составляло 300 чел.). С китайскими детьми работали два китайских учителя (У Шоуцянь и Янь) и один русский преподаватель, в программу были включены китайский и русский языки (разговорный и письменный аспекты), музыка, рисование, физкультура [18, С. 67]. И в 1929/30 уч. г. в Благовещенске имелась группа китайских преподавателей, которая регулярно работала с детьми китайской национальности [19, Л. 30].

Для китайских детей в ДВК создавались также и интернаты. В марте 1935 г. в Хабаровском интернате находилось 30 чел. китайских детей, во Владивостокском интернате (который фактически являлся детским домом) – 49 чел., в Никольске-Уссурийском – 42 чел. [11, Л.3]. В то же время, к началу 1935/36 уч. года не было выполнено решение крайкома ВКП(б) об окончании строящейся во Владивостоке китайской неполной средней школы. Приморским облоно не было уделено достаточно внимания и китайской школе Никольска-Уссурийского, в результате школа оказалась без помещения [9, Л. 293].

В апреле 1936 г. в ДВК было пять китайских детских школ — во Владивостоке, Хабаровске, Благовещенске, Ворошилове и в колхозе имени Сунь Ятсена (Бикинский район) [14, Л. 42]. Таким образом, в Хабаровской области насчитывалось 2 китайские начальные школы с общим числом учащихся 113 чел., а также 2 неполные средние школы с общим числом учащихся 525 чел. [13, Л. 126]. В 1936/37 уч. г. в ДВК функционировали следующие китайские школы всеобуча – Владивостокская неполная средняя школа (в означенный период времени в школе насчитывалось 12 учителей, 92 учащихся), Ворошиловская начальная школа (4 учителя, 41 учащийся), Хабаровская начальная школа № 16 (4 учителя, 59 учащихся), Благовещенская начальная школа (4 учителя, 63 учащихся) [8, Л.Л. 40, 42, 45, 47]. 27 августа 1937 г. в районо и облоно советского Дальнего Востока была направлена директива Наркомпроса, в соответствии с которой для нерусских школ устанавливался следующий годовой план обучения:  на родной язык отводилось 174 часа, на русский язык – 162 часа, на арифметику, географию, естествознание – в общем 269 часов [20, Л. 115].

Что касается внешкольной работы с китайскими детьми, то в ДВК она существовала в двух формах – китайские детские площадки (функционировали в 1927-1933 гг. в крупных населенных пунктах края, в 1931 г. в ДВК — 45 китайских детплощадок с общим охватом 2400 чел.)[10, Л.4] и китайские пионерские отряды. Несмотря на расширение сети культурно-просветительных учреждений для корейского и китайского населения, дети школьного возраста не были ею охвачены – для них не было создано детских клубов, библиотек и т.п.

Отряд юных пионеров был организован во Владивостоке 10 июня 1924 г. из 30 китайских детей по инициативе китайской ячейки при клубе имени 1 Мая. В августе 1924 г. отряд распался. Вновь отряд был организован в 1925 г. В нем насчитывалось 47 чел. (мальчиков – 41, девочек – 6). Пионеры выпускали стенгазету, была связь с ячейкой ВЛКСМ – от ячейки в отряде работали два комсомольца. Из-за отсутствия соответствующей литературы на китайском языке в отряде распространялась скаутская литература (ее привозили из Шанхая) [6, Л. 47]. К лету 1926 г. в отряде насчитывалось 35 пионеров. Шефство над отрядом взяли губбюро юных пионеров, но к 1926 г. его опека над отрядом свелась к нулю, также прекратилось финансирование отряда клубом имени 1-го Мая (ранее отряд регулярно получал от клуба 10 руб. в мес.) [6, Л. 71]. Тем не менее, работа отряда продолжалась до конфликта на КВЖД [5, Л. 88]. В сентябре 1927 г. пионерский отряд из 13 чел. китайских детей был организован в Благовещенске. Через полгода в отряде числился уже 31 чел. в возрасте от 6-ти до 13-ти лет, в т.ч. 4 девочки и 3 русских мальчика. Занятия в отряде, которые дети посещали очень охотно, проводились дважды в неделю, по четвергам и воскресеньям [3, Л. 3об].

В сер. 1930-х гг. сталинская доктрина по национальному вопросу претерпевает изменения. Поражения революционных выступлений в Германии, Венгрии, Эстонии и Китае убеждают советское руководство в том, что победа мировой революции в ближайшее время невозможна, и необходимо строить социализм в отдельно взятой стране. Происходит поворот от реального интернационализма к великодержавности и старшинству одной нации над другой. Сталин провозглашает русский народ «старшим братом в большой семье советских народов». Термина «национальные меньшинства» уже не было в Конституции СССР 1936 г. и Конституции РСФСР 1937 г., что означало переход от национализации к интернационализации. В конце 1930-х гг. все национальные районы и сельсоветы  в стране были ликвидированы, все формы работы с нетитульными этническими группами свернуты [1, С. 89].

Была свернута и работа с китайскими мигрантами на советском Дальнем Востоке. В местной периодической печати резко уменьшилось количество публикаций о жизни китайских трудящихся, на совещаниях различных уровней практически не рассматриваются вопросы о социально-экономическом положении китайских рабочих. Более того, нестабильность в соседнем Северо-Восточном Китае и в целом в дальневосточном регионе обуславливает включение китайских мигрантов в «неблагонадежную» группу населения, и в дальнейшем приводит к масштабным репрессиям в отношении китайцев.

Решением Оргбюро ЦК ВКП(б) «О национальных школах» от 1 декабря 1937 г. существование особых национальных школ было признано вредным. В постановлении Оргбюро ЦК от 24 января 1938 г. «О реорганизации национальных школ» было отмечено, что «враждебные элементы насаждали особые национальные школы, превращая их в очаги буржуазно-националистического влияния для детей. Практика насаждения особых национальных школ наносила огромный вред делу правильного обучения и воспитания, отгораживала детей от советской жизни, лишала их возможности приобщения к советской культуре и науке, преграждала путь к дальнейшему получению образования в техникумах и высших учебных заведениях» [2, С. 44]. На основании данного решения бюро ДКК ВКП(б) 25 апреля 1938 г. приняло постановление «О реорганизации особых национальных школ и классов ДВК», согласно которому все национальные школы в крае ликвидировались, дети из них переводились в школы обычного типа [1, С. 91]. Специальные школы для детей отдельных этнических групп прекратили свое существование.

 

БИБЛИОГРАФИЯ

  1. Ващук А.С., Чернолуцкая Е.Н., Королева В.А., Дудченко Г.Б., Герасимова Л.А. Этноэмиграционные процессы в Приморье в XX в. — Владивосток: ДВО РАН, 2002. — 228 с.
  2. Вдовин А.И. Эволюция национальной политики СССР. 1917-1941 гг. // Вестник Московского университета. Сер.8. История. — 2002. —  № 3. — С.3-54.
  3. Государственный архив Амурской области (ГААО). Ф.П-1319. Оп.1. Д.18.
  4. Государственный архив Приморского края (далее – ГАПК). Ф.П-34. Оп.1. Д.45.
  5. ГАПК. Ф.П-34. Оп.1. Д.23.
  6. ГАПК. Ф.П-35. Оп.1. Д.70.
  7. ГАПК. Ф.П-67. Оп.1.Д.82.
  8. Государственный архив Хабаровского края (далее — ГАХК). Ф.Р-137. Оп.10. Д.242.
  9. ГАХК. Ф.П-2. Оп.1. Д.757.
  10. ГАХК. Ф.П-2. Оп.9. Д.73.
  11. ГАХК. Ф.П-2. Оп.11. Д.193.
  12. ГАХК. Ф.П-318. Оп.1. Д.347.
  13. ГАХК. Ф.П-399. Оп.1. Д.285.
  14. ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.592.
  15. ГАХК. Ф.Р-704. Оп.1. Д.11.
  16. ГАХК. Ф.Р-719. Оп.6. Д.3.
  17. Государственный архив Читинской области (ГАЧО). Ф.Р-1448. Оп.1. Д.10.
  18. Люй Э хуацяо ши ляо сюань. Хэйхэ вэнь ши цзыляо диба цзи [Сборник материалов по истории китайских мигрантов в России. Вып.8: Материалы по истории и культуре г. Хэйхэ]. — Хэйхэ: Чжэнсе Хэйхэ ши вэйюаньхуэй, 1991. — 147 с.
  19. Российский государственный исторический архив Дальнего Востока (далее — РГИА ДВ). Ф.Р-2413. Оп.4. Д.1736.
  20. РГИА ДВ. Ф.Р-3240. Оп.1. Д.7.
You can comment this article, but links are not allowed.

Оставить комментарий

Яндекс.Метрика