Цуканов С.С. – Проблемы экологической безопасности на Дальнем Востоке России

В январе 2013 г. глава правительства Д.А. Медведев провел совещание по вопросам окружающей среды, призвав продолжать работу по снижению негативной нагрузки, сохранять и восстанавливать уникальные природные комплексы и повышать экологический контроль и правопорядок в этой сфере. Отношение к экологическим вопросам в России премьер-министр считает диким. «Ни одна развитая страна такого варварского отношения к своей окружающей среде не позволяет», – заявил Д.А. Медведев. Это касается как государственного, так и частного уровня. Вместе с тем, 2013 г. объявлен в России Годом охраны окружающей среды, а в конце 2012 г. правительство утвердило государственную программу охраны окружающей среды до 2020 г. Еще десять лет назад, напомнил Д.А. Медведев, экология не входила в число приоритетов, но сейчас ситуация изменилась кардинальным образом. «Экологией хотят заниматься все – государство, общественные структуры, неформальные лидеры, представители оппозиционных политических сил, и это нормально, – уверен премьер-министр России. – Так во всем мире, а значит, мы до этого уровня цивилизованности дотягиваем».

По обобщенным оценкам природно-ресурсный потенциал России в настоящее время распределяется следующим образом: в европейских районах и на Урале сосредоточено около 25%, в районах Сибири около 40% и в районах Дальнего Востока, включая морской шельф, около 35%. Основные морские и океанические выходы России Дальнем Востоке – более 18 тыс. км морских побережий, в том числе тихоокеанских. Значительно повысилась роль морских отраслей хозяйства. Так, добыча рыбы и морепродуктов на Дальнем Востоке составила до 60% общероссийской (было 40% общесоюзной). Через порты региона проходит около 70% морского грузооборота. В СССР было 17 морских пароходств, в России осталось 8, из которых 4 крупнейших на Дальнем Востоке. В дальневосточных морях и на шельфе по прогнозным оценкам размещены разнообразные морские природные ресурсы: биологические, минеральные, нефтегазовые. В южных районах Дальнего Востока находится до 80% побережий России. Возросло значение многих природных ресурсов суши дальневосточного региона: цветных и благородных металлов (в том числе золота, серебра, алмазов); лесных ресурсов – в широком, комплексном их виде; топливно-энергетических.

Учитывая низкую плотность населения на Дальнем Востоке (1,3 чел./км, а в ряде районов: Якутия, Камчатка, Магаданская область, Чукотка – менее 1 чел./км) очень разреженной является сеть поселений, особенно городских. В ДФО 6 городов, рассредоточенных на огромной территории, то есть почти 1 город на 100 тыс. км. Хотя около 75% населения сконцентрировано в южных районах Дальнего Востока (Амурская, Сахалинская, Еврейская области, Приморский и Хабаровский края), тем не менее, и здесь проживает всего 5,9 млн. чел. населения, тоже рассредоточенного по огромной территории, где размещено лишь 47 городских поселений[1]. Остро стоит вопрос о привлечении временной рабочей силы с западных регионов России и иностранных рабочих, которых не всегда заботят вопросы экологии.

Традиционно Россия является крупнейшим поставщиком энергетического сырья в Азиатско-Тихоокеанском регионе. При этом на азиатско-тихоокеанском направлении за последние пять лет по отдельным видам топлива идет кратное увеличение объемов поставок.

В соответствии с Конвенцией[2] «международная энергетическая безопасность – это надежное и бесперебойное снабжение энергетическими ресурсами стран-потребителей на условиях, удовлетворяющих всех участников мирового рынка, с минимальным ущербом для окружающей среды и в целях обеспечения устойчивого развития». Такая трактовка международной энергетической безопасности оставляет за Россией роль крупнейшего поставщика энергетического сырья, при этом указывает на существование ряда условий, при которых обеспечение поставок является приемлемым. Эти условия в соответствии с Доктриной формируются под влиянием внешних и внутренних угроз энергетической безопасности России, среди них основные: ограничение свободного транзита и доступа российских энергоносителей на мировой рынок, а также доступа к новым энергетическим технологиям; неблагоприятная конъюнктура мирового нефтегазового рынка (ограничение спроса и цены) для российского энергетического экспорта; реальные и искусственно поддерживаемые климатические угрозы глобального потепления, снижающие спрос и накладывающие ограничения на использование российских углеводородных ресурсов; стремление под предлогом заботы о развитии энергосбережения в России к расширению сбыта на отечественные объекты энергосберегающего оборудования, не всегда соответствующего нашим возможностям и потребностям; износ основных производственных фондов, увеличивающий риски возникновения аварий; чрезмерная зависимость от импорта технологий, в т. ч. Отсутствие полноценного отечественного энергомашиностроения; рост стоимости капиталовложений и производственных издержек на поддержание и развитие энергетической базы и др[3].

Такая концепция является прямым развитием многолетних сложных взаимоотношений России с другими государствами в сфере энергетики, которые представляют собой весьма специфическую модель сотрудничества, сочетающую власть одного потребителя, и модель монополии. Естественно, в такой ситуации основная борьба происходит за цену, контроль над поставками, распределительными сетями и т. п. Потенциал сотрудничества в данной конфронтационной модели ограничен совместным инвестированием в инфраструктуру, в проекты добычи, при этом не развивается необходимое России технологическое партнерство.

Похожая ситуация складываться, во взаимоотношениях с Китаем, который вынуждает российскую сторону предоставлять значительную скидку на поставляемые углеводороды. Пользуясь тем, что нефтепровод до Дацина уже сооружен, а Россия пока не имеет возможности маневра по смене направления поставок, к тому же Китай односторонне реализует обмен активами энергетических компаний, т. е. входит в российские добывающие активы, затягивая вхождение российского капитала в переработку и распределение на территории КНР.

Приведенная логика не позволяет учитывать широкий спектр возможностей по развитию технологического, инновационного партнерства со странами АТР. Большинство стран данного региона являются нетто-импортерами первичных энергетических ресурсов. События весны 2011 г. в Японии обострили проблему зависимости от импорта энергии[4]. Поэтому запасы России, которые к тому же обеспечиваются соответствующей инфраструктурой внешних поставок, являются более чем привлекательным объектом для тесного партнерства. К тому же страны данного региона в основном обладают современными технологиями, в том числе в сфере переработки углеводородов. Включение в структуру реализации нефтегазовых и других энергетических проектов существующего потенциала регионов добычи (Восточная Сибирь, Дальний Восток), создание новых производств для удовлетворения потребностей регионов. Иностранным корпорациям следует включать в состав поставщиков продукции и услуг ресурсных проектов местных производителей, дополнять структуру затрат проектов подпроектами регионального значения, учитывать потребности местного регионального комплекса.

Ущерб природе Дальнего Востока при запланированном строительстве новых электростанций может оказаться поистине катастрофическим, тем более что уже имеется негативный опыт, связанный с тремя основными притоками Амура — Сунгари, Зеей и Буреей. Ученые указывают, что на российской стороне будут оставаться все продукты сгорания угля в ТЭС, истощаться и загрязняться запасы пресных вод. Жители региона получат изуродованные ландшафты от ГЭС и ТЭС, уничтоженные рыбные запасы и т.д. Китайцы же, напротив, останутся в выигрыше, получив дешевую энергию.

Неотъемлемой частью совместного освоения энергоресурсов является учет вопросов экологии, экологичности производственных процессов, минимального воздействия на среду. Он может быть реализован в виде новых научно-исследовательских центров в сфере океана, фауны и флоры. Восток России – уникальный с точки зрения природной среды регион, в котором учет фактора экологии может принципиально изменить любую высокую экономическую оценку проекта. Приоритетом должны пользоваться инвестиционные предложения, не нарушающие хрупкий экологический баланс в регионе[5]. Данные экологические центры должны быть тесно интегрированы в технологические процессы проектов, представляющие собой своего рода «внутренний экологический аудит».

Страны, обеспокоенные вопросами экологии, ставят перед мировым сообществом амбициозные задачи: через 20 лет ощутимо снизить энергоемкость производств, сократить выбросы транспорта, работающего на бензине, двигаться в сторону «зеленой» экономики, заместитель директора Российского центра исследований АТЭС Г.А. Ивашенцов считает, что в рамках АТЭС вскоре может появиться отдельная рабочая группа по вопросам охраны окружающей среды.

Решение экологических проблем нужно искать в использовании новых технологий, параллельно с принятием правильных организационно-технических планов, уверен научный руководитель Института экономики природопользования и экологической политики Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» А.М. Багин. Поскольку без вмешательства в природную среду хозяйственная деятельность в принципе невозможна, всем необходимо стремиться к разумному балансу, который называют экологической безопасностью, считает А.М. Багин, приводя в пример проблемы экологии российского Дальнего Востока: «Проблема Дальнего Востока — это разрешение конфликта использования разных ресурсов. Например, Охотское море — район интенсивной добычи водных биологических ресурсов. Добыча нефти в этом районе также ведется. Это два конфликтующих вида деятельности, если они не обустроены безопасно. Основная проблема Дальнего Востока — баланс между использованием, экономическим развитием и сохранением ресурсов, которые являются серьезным вкладом в общую копилку человеческих ресурсов». «Форум АТЭС обсуждает проблемы. Он не принимает каких-то обязывающих решений. Те проблемы, которые существуют в окружающей среде, были затронуты на совещании министров по делам окружающей среды, которое прошло в Хабаровске в 2012 г. Я думаю, что возникнет необходимость создания какой-то отдельной рабочей группы по охране окружающей среды»[6].

И легальный, и нелегальный бизнес при освоении биоресурсов вредят экологии — огромный ущерб экосистемам наносят браконьеры. Россия ведет переговоры с партнерами по АТЭС по противодействию браконьерству и упорядочиванию рыбной ловли в регионе, рассказал глава Росрыболовства А.А. Крайний: «Мы готовим, подписываем, а с некоторыми странами уже подписали межправительственные соглашения в области рыбной ловли. С рядом государств АТР мы подписали очень важное соглашение по борьбе с браконьерством. Одной из важных составляющих вопроса являются способы привлечения финансов в организации, занимающиеся проблемами экологии. Россия активно интересуется международным опытом охраны окружающей среды и ликвидации последствий экологического ущерба.

Вместе с тем губернатор Хабаровского края В.И. Шпорт предложил рассмотреть вопрос об отмене запрета на лов осетровых в Амуре. Соответствующие предложения по поручению Губернатора подготовит министерство природных ресурсов края. Такое решение может уничтожить надежды на восстановление популяций осетровых на Амуре и привести к росту браконьерства. Логика правительства Хабаровского края следующая: “Ежегодно «Амуррыбвод» выращивает на заводах миллионы мальков осетровых, и их популяция, по свидетельству ученых, восстанавливается. «Если мы получим, к примеру, квоту на вылов до 100 тыс. тонн осетровых, то краевой бюджет получит почти 500 млн. рублей налогов. Думаю, это предложение перспективно с учетом того, что мы ежегодно выпускаем в реки более 3 млн. мальков. Кроме того, контролируемый лов осетровых поможет эффективнее бороться с браконьерством», – подчеркнул В.И. Шпорт.

Решение о возобновлении промышленного лова осетровых Амура никак не может рассматриваться в рамках интересов лишь одного субъекта Федерации, без всестороннего согласования с Забайкальским краем, Амурской областью и ЕАО. Между тем, идея Хабаровского губернатора явно противоречит мнению специалистов ДФО.

Еще в 2011 г. полномочный представитель Президента РФ в Дальневосточном федеральном округе В.И. Ишаев направил письмо В.В.Путину, в котором была обоснована преждевременность планов по использованию популяции осетровых и сказано: «…прошу Вас, Владимир Владимирович, дать соответствующие поручения о недопустимости снятия запрета на промышленный лов осетровых в реке Амур».

С подобным же письмом к В.В.Путину от имени Координационного Комитета по устойчивому развитию бассейна р. Амур обращался его Председатель, заместитель Губернатора Забайкальского края Е.В. Вишняков.

Анализ борьбы с правонарушениям в сфере оборота водных биоресурсов в Камчатском крае показал следующий результат. Как сообщила сотрудник полиции Полякова М.А.,  по данным оперативной сводки дежурной части УМВД России по Камчатскому краю, а также согласно отчетам, предоставляемым территориальными ОВД края, всего в период проведения операции «Путина-2012», с 25 мая текущего года по 25 октября в КУСП зарегистрировано 576 материалов по преступлениям и правонарушениям в сфере оборота водных биоресурсов.

В период проведения оперативно-профилактической операции «Путина-2012» на территории края из незаконного оборота изъято более 114 тыс.т. лососевых и донно-пищевых видов рыб, за аналогичный период прошлого года (далее – АППГ) – 265 тыс.т., 41,9 тыс.т. икры лососевой (AППГ – 10,9 т.), а также 330 кг краба (АППГ – 10,3 кг). В несколько раз увеличилось количество изъятых орудий лова и вспомогательных средств по сравнению с АППГ, сети – 14 230,3 м (422 шт.) (АППГ – 5 295 м (120 шт.), 206 лодок (АППГ – 112) и 67 руль-моторов к ним (АППГ – 28).

В период проведения ОПО «Путина-2012» сотрудниками УМВД России по Камчатскому краю проводились совместные природоохранные мероприятия со штатными и внештатными сотрудниками СВТУ ФАР, УФСБ России, СВПУ БО ФСБ России по Камчатскому краю, ГМИ УФСБ России, а также с сотрудниками ГИМС Усть-Большерецкого района и представителями общественного антикоррупционного комитета.

В ходе проведённых мероприятий совместно с сотрудниками СВТУ ФАР выявлено 47 фактов нарушения природоохранного законодательства (из них возбуждено 14 уголовных дел по ст. 256 УК РФ). С сотрудниками УФСБ России выявлено 10 фактов незаконной добычи водных биоресурсов (из них возбуждено 5 уголовных дел по ст. 256 УК РФ). Совместно с представителями общественного антикоррупционного комитета – выявлено 3 преступления по факту незаконной добычи водных биоресурсов.

С целью контроля за транспортировкой рыбы и рыбопродукции с мест вылова и последующей их реализации с июля 2012 г. на трассе Елизово-Мильково и в районе п. Начики, сотрудниками ГИБДД УМВД выставлен мобильный пост.  В Елизовском районе, на нерестилище озера Начикинское, размещено 2 поста, состоящих из 3-х сотрудников СВТУ Федерального агентства по рыболовству, в Усть-Большерецком районе в устье р. Большой выставлен пост в составе 3-х сотрудников СВТУ ФАР.

Возбуждено 168 уголовных дел за браконьерство (АППГ – 116), составлено 130 административных протоколов. В перспективе возбуждение еще 10 уголовных дел.

Анализ тенденций в области экологической безопасности показывает, что угрозы приобретают все более комплексный характер. Современные тенденции развития техносферы усиливает риски крупномасштабных техногенных катастроф, количество которых устойчиво растет. Примером этому могут служить авария на Саяно-Шушенской ГЭС в августе 2009 года, катастрофа с масштабным разливам нефти в Мексиканском заливе в мае 2010 года, радиационная авария на АЭС «Факусима-1» в марте 2011 года, систематические взрывы армейских складов с боеприпасами. В этом типе катастроф все большую роль начинает играть человеческий фактор. Но основными факторами, способствующими возникновению крупномасштабных катастроф, постоянно растущая эксплуатация природных богатств, увеличение размеров и мощности потенциально опасных объектов, падение квалификации персонала и дисциплины труда.

Говоря об увеличении масштабов последствий от природных и техногенных бедствий на территории России, необходимо отметить недостаточную увязку результатов прогнозов с организацией адекватных превентивных действий органов исполнительной власти. Это свидетельствует об определенных пробелах в нормативно правовой базе в области защиты населения и территорий. Объединение усилий государства и общественных объединений на приоритетном направлении развития страны в области экологической безопасности является не только стимулом решения данной проблемы, но и способствует формированию институтов гражданского общества.

С.С. Цуканов, к.и.н.


[1] Федеральная служба государственной статистики, данные 2012 года stat@gks.ru.

[2] Проект Доктрины энергетической безопасности России (концептуальные утверждения). www.labenin.z4.ru/Docs/en_bezop_project.doc (дата обращения: 02.12.2012).

[3] Потанин М.М. «Концепция международной энергетической безопасности: Россия и АТЭС»

[4] Например, в Японии из 54 ядерных реакторов не осталось ни одного функционирующего. Аналогично в Европе: Германия отказалась в среднесрочной перспективе от энергии атома. Особняком стоит КНР, которая примерно за двадцать лет планирует более чем в 5 раз расширить возможности атомной энергетики.

[5] Послание Президента РФ В.В. Путина Федеральному Собранию 2012 год.

[6] Министр природных ресурсов и экологии России Сергей Ефимович Донской

You can comment this article, but links are not allowed.

Оставить комментарий

Яндекс.Метрика