Томаш Янковский: «КРЫМ. РОССИЯ. НАВСЕГДА»

плакат-политика-Путин-крым-2044350

Такой лозунг под изображением президента Российской Федерации Владимира Путина приветствует всех выходящих с полностью перестроенного аэропорта в Симферополе, столицы Республики Крым. Для тех, кто, как и я был на полуострове в первый раз, он может выглядеть как заявление о воле российского президента или угроза в сторону всех тех, кто по сей день не признает принадлежности Крыма к России. Нужно, однако, углубиться в характер этого региона и его окружения, чтобы в этом коротком лозунге прочитать что-то совершенно другое. Поэтому на такое сокращенное, «текстовое путешествие» я приглашаю всех читателей.

1. Понять

Ожидаю худшего. В конце концов, в силу обстоятельств я наблюдаю работающие в Польше СМИ, говорящими об оккупации этого места. Я ожидаю патрулей, проверок, мундиров, оружия и диверсионных групп, борющихся за освобождение. Все из того же источника известно, что референдум был фикцией. Ведь на нем не было наблюдателей от западного истеблишмента, а это они решают, когда воля народа является волей народа, демократия демократией, а закон законом. И если украинское правительство, созданное в результате переворота, пользуется всеобщим признанием, то о присоединении Крыма к России «мы знаем», что оно было незаконно.

Войны, однако, нет. Из аэропорта, через некоторое время мы садимся в автобус, который отвезет нас на восточное побережье полуострова, в Керчь. По дороге мы встретили сотни, если не больше, грузовиков. Зеленые человечки? Оружие? А может перевозка раненых с фронта украинско-российской войны, о которой ежедневно информируют нас порталы в стране?

Нет, это снабжение. Так как Украина имеет специфический способ проявления привязанности к территориям, которые считает оккупированными. Отрезает им поставки электроэнергии, жителям не выплачивает пособия, а регионы окружает военным кордоном.

Утром мы двинулись в объезд по городу. Керчь один из двух городов Крыма, пользующихся статусом „города-героя”. Это в знак признательности за борьбу жителей против немецкой агрессии. Наконец добираемся до парома, по которому идет снабжение с Кавказа, немного дальше возводится большой мост, который должен соединить эти две области и, тем самым, облегчить жизнь республики. Его строили еще немцы, потом во времена сталинизма была создана времянка. Только сейчас, как, впрочем, обычно и бывает, ситуация вынудила Россию к возобновлению работ. Движение здесь огромное. Вечером мы решаем, несколько человек, пройти по городу. В случайно найденной таверне висят флаги различных государств – это, в основном, те, которые признали решение крымчан от марта 2014 года действительным. Только под конец пребывания в этом городе, мы находим, наконец, украинский акцент. Дети из Керчи по-русски просят нас, чтобы мы дали им немного денег, если они споют нам колядки. И они звучали именно по-украински. Дети изучали этот язык в школе, но постоянно говорят на русском.

В Симферополе у нас открытая встреча с властями Крыма. На неё прибыли два вице-премьера, русский и татарин. Сзади вывеска с надписью „Совет Министров Республики Крым” на трех языках: русском, крымско-татарском и украинском. Гид сказала нам, что это личное решение президента Путина, потому что сами власти республики не хотели украинского языка в качестве официального. Татарский вице-премьер Руслан Бальбек прибыл к нам на встречу с лидерами крымско-татарской общины. У них мы пытаемся узнать о том, сколько выехало из Крыма после возвращения региона в состав России. Начинают с того, что с поляками их объединяет общая история, и они испытывают чувство огромного уважения к польской нации. Просят сообщить их братьям в Польше, что в Крыму ничего плохого с ними не происходит. В Симферополе, на средства российских властей поднимается большая мечеть. Это дар российского президента для крымских татар.
Наконец, самый лакомый кусочек Крыма – Ялта. Казалось бы, это туристическая часть поездки. В Ливадийском дворце, где была увековечена встреча Большой Тройки в 1945 году, есть даже экспозиция, говорящая о польской стороне. Краткое пояснение того, кем были Болеслав Берут, Станислав Миколайчик и Томаш Арцишевский. Этнический плюрализм Крыма, оказывается также плюрализмом политическим. В том самом месте, где упоминают Иосифа Сталина и СССР, находится антибольшевистская экспозиция Православной Церкви. Эта множественность касается, впрочем, также и ландшафта. Горы ныряющие в море это действительно, редкий и невероятно притягательный пейзаж.

Картину дополняет Севастополь, второй город-герой. Без посещения этого места, трудно понять, чем является Крым для России и русскости, а также чем является Крым в целом. Это не только уникальные памятники и несколько десятков заливов в одном городе. Это просто крепость. Здесь Россия много раз сопротивлялась нескольким (иногда одновременно) агрессорам. Это Севастополь вставал на страже русскости и всегда, в итоге, это заканчивалось победой. В городе находится панорама битвы 1854 года. Что интересно, совершенствовал тогда свои навыки Ромуальд Траугутт, будущий лидер Январского Восстания. Здесь, в отличие от остальной части полуострова, украинизация была совсем не терпима. Когда лидер необандеровской Свободы Олег Тягнибок несколько лет назад приехал агитировать жителей, они ему устроили ему такой приём, что позже он избегал этого места как огня.

2. Крым не только украинский

Словно в фильмах Квентина Тарантино, двинемся теперь назад почти на 60 лет, в 1954 год. Это трехсот летняя годовщина перяславского соглашения, того, которое окончательно подчинило Запорожское Войско русскому царю, что было, кстати, поражением речи Посполитой и одним из предвестников ее заката. Ощущая себя принадежащим к украинской национальности, Никита Хрущев, генеральный секретарь Коммунистической Партии Советского Союза, передает крымскую Автономную Социалистическую Республику в состав украинской ССР. Жест в то время символический, так как не имел геополитических последствий, акт доброй воли россиян для украинцев. Объятия рук в годовщину вступления на путь общей истории.

Украинская Советская Социалистическая Республика увеличивает в очередной раз свою территорию. Никто, правда, еще не предвидит распада СССР, но в его составе Украина после России является крупнейшим политическим образованием в Европе. Полностью зависивым от Москвы, но, однако, субъектом международного права, потому что является членом-основателем ООН.

Советская Украина это история взлетов и падений. Сначала период коренизации во времена правления Владимира Ленина, который выбил у западных кругов из рук „украинскую карту”. Признал отличие украинцев и не только его не отрицал, но напротив, сделал все, чтобы украинская культура могла свободно развиваться. Под влиянием этой политики на Украину стали в какой-то момент возвращаться социалисты из Украинской Народной республики, До этой поры настроенные антибольшевистски. Символами того периода являются знаменитые вышиванки, которые носят сегодня… этнонационалистические крайне правые. Это их деятели неблагодарно сваливают статуи вождя Октябрьской Революции.

Только лишь потом пришел Сталин и его проекты. Централизация, коллективизация и индустриализация. Для Украины это закончилось Великим Голодом и миллионами жертв. Эта сторона советской истории сегодняшними властями Украины признана ключевой и умело поддерживается антироссийскими центрами влияния. Для точности добавим, что решения Иосифа Виссарионовича имели для Украины позитивные последствия. После II мировой войны, в результате административных решений Москвы, бывшие восточные кресы II Речи Посполитой вместе с одним из польских культурных центров – Львовом, а также Русь Закарпатская, северная Буковина и южная Бессарабия стали украинскими землями.

Украина территориально вышла из советского проекта как один из его крупнейших бенефициаров. В ее границах за то оказалось довольно много национальных меньшинств. В Житомирской области сохранилась польская община (большая часть её на Украине была обменяна с Польшей после 1945 года), которая раньше проживала на так называемой Мархлевщине. На Закарпатской Руси доминировали русины, усиленные венгерской диаспорой. В границах УССР есть также румыны, вся палитра крымских общин и прежде всего, огромное количество русских населяющих в основном регион Новороссии, а также украинские города.
Волею судьбы украинское государство получило большой исторический шанс. В регионе, где годами сталкивались в основном интересы Польши, Германии, Австро-Венгрии и России, было создано огромное образование, больше любой другой западноевропейской страны с почти 50 млн. жителей. Неплохая инфраструктура, донбасские шахты, природные ресурсы, знаменитые плодородные земли – все это были аргументы за быстрое развитие государства. Его представители справедливо проявляли амбиции к возвращению роли региональной державы. В конце концов, в формирующемся новом разделении Европы Украина силой вещей стояла на пути между востоком и западом.

Только с самого начала независимости начинает происходить что-то нехорошее. Местные бонзы в значительно более быстром темпе, чем в других бывших странах народной демократии начали получать огромные богатства. Национальные богатства становятся легкой добычей, а уровень жизни населения падает. Не нашелся также ни один „украинский Лукашенко”, который остановил бы этот процесс. Зато быстро возрождаются бандеровские идеи, которые не имеют слишком большой поддержки, но увеличивают свою силу. Украина хочет быть национальным государством, единым этнически, националисты требуют агрессивной украинизации, не скрывают, что Россия является попросту врагом. Это последствия идеологии Дмитрия Донцова и Степана Бандеры. Государство формируют три хрупких компромисса: олигархический, а следовательно неприкосновенность интересов различных групп влияния, которые стоят над государственной властью, тождественный, а значит, культивирование традиций УССР на востоке и бандеровских на западе, и внеблоковый статус, или отсутствие интеграции Украины со структурами, как Европейского Союза, так и с зеркальными проектами Кремля.

Ухудшающаяся социальная ситуация создает благодатную почву для свержения очередных властей государства натравливаемая улицей. Радикалы из Свободы, а с другой стороны, Коммунистической Партии Украины, повышают свою поддержку. Правящая Партия Регионов вместе с президентом Виктором Януковичем решает начать процесс интеграции с Европейским Союзом, хотя тогда украинцы в большинстве были скорее за присоединение к альтернативному евразийскому проекту. Однако надежды были уже разбужены, когда оказалось, что ЕС не имеет намерения возместить Украине расходы, связанные с переорентированием киевской экономики. Янукович отказывается от подписания соглашения об ассоциации с Брюсселем. Лавина событий доводит до путча, в котором руководящую роль играют шовинистические силы. Вскоре на востоке вспыхивает гражданская война, потому что русскоязычное население абсолютно не приняло террористов в качестве новой власти. Донбасс заливается кровью. В отличие от Крыма.

3. Украина не стала ни „малой Россией” ни „большим Крымом”

Чтобы понять то, что случилось в первой половине 2014 года с Украиной, нужно полностью абстрагироваться от наших родных, польских условий. Украина не была единым государством этнически. Чем дальше на восток от Киева, тем больше заметно ощущение российскости и в принципе, „россианизма”, возможно советскости. Сторонники языковой и культурной украинизации этих территорий были у нас легко понимаемы по принципу „польская Польша это и украинская Украина”, но это собственно было одной из основных причин падения молодой государственности нашего восточного соседа.

„Россианизм” это всегда нечто большее, чем Москва. „Россианизм” простирается от Владивостока через Сибирь, Урал, Кавказ, вплоть до северного полюса. В „россианизм” включено почти двести национальностей, множество региональных идентичностей, исторических, профессиональных, языковых и религиозных. Чеченский мусульманин это такой же россиянин, хотя уже не русский, как православный житель санкт-Петербурга. Именно эта „шкатулковая национальность” создает из России империю, вместо этого, охваченного этнонационализмом Дикого Поля.

Россию можно увидеть в Крыму. Крымчане вмещаются в россиянах. И это как крымские татары, так и маленький народ караимов, имеющих собственные храмы в Симферополе. Из этого инклюзивного сообщества не выбрасывают также поляков и их католицизм, тоже представленый на полуострове. Крым, это регион многоцветный, многоконфессиональный, это так же татарский Бахчисарай, русский Севастополь, так и исторические места в окрестностях Ялты. Крым был бы Россией в миниатюре, даже если бы в нем не было русских. То, что его определяет, это уникальный климат, который позволяет вместе жить людям с такой разной идентичностью. Это знали правители Украины, но, по-видимому, не извлекли из этого выводов.

Животная ненависть украинских шовинистов ко всему российскому автоматически исключала из украинскости жителей Крыма, восточных областей постсоветской Украины, закарпатских венгров и одесских россиян. Во имя идеологии, которая уже один раз приводила к массовому геноциду, безумцы уничтожили собственное государство и не намерены сдаваться даже в том случае, если не пользуются поддержкой. Давайте будем честными – необандеровские силы на Украине это не большинство. То, что творит их власть, это тихая поддержка Запада и нагнетание антироссийского шовинизма американскими ястребами, желающими увеличить кордон баз НАТО вокруг Российской Федерации. Украинцы массово бегут от призыва в армию, очень часто в Польшу, где вытесняют и без того бедных поляков с рынка труда. Но трудно иметь к этим людям претензии. Они ищут лучшей жизни, так же, как и поляки в Лондоне. Ищут, потому что не нашли её у себя на родине, даже когда уже освободились от проклинаемой необандеровцами России.

Запад никогда не был заинтересован в сильной Украине. Неоконсерватизм в нашем регионе направлен просто против России, а не „за” Польшу или Украину. Полезность этнонацианолистических идей здесь измеряется не тем, что может получить Украина, а тем, что может потерять Россия. Крым не взялся за оружие только потому, что Россия опередила палачей Дмитрия Яроша из Правого Сектора. Полуостров полностью свободен от украинской диверсии, потому что украинское население состояло здесь из студентов и сезонных рабочих. Здесь просто естественна была и есть принадлежность к России. Украина терпелась на столько, на сколько воспринималась как принадлежая к той же геополитической команде, что и Россия. Проект украинизации Крыма, так громко годами рекламируемый всеми последователями прозападной ориентации, был попросту враждебным для населения этого живописного региона. Это скорее Украина могла бы учиться у Крыма. Мозаика религий, национальностей, языков – это то, что Крым показывает просто модель мультикультурализма. Запад этого понять не может, потому что прибывшее население рассматривает только как дешевую рабочую силу, которую неолиберальная система вталкивает в гетто нищеты, а позже неизбежно приведет к конфликту между иммигрантами и местными жителями.

Нам полякам может быть это трудно понять, потому что меньшинства у нас в следовых количествах, а инициативы, такие как Движение Автономии Силезии, составляют уровень скорее кабаретовский, чем реальную угрозу для территориальной целостности польского государства. Тем не менее, стоит учиться также у меньшинств. В нашем жизненном национальном интересе является то, чтобы Силезец, Татарин или Кашуб не чувствовали себя исключенными из орбиты польскости. Возмутительные высказывания Ярослава Качиньского за несколько прошедших лет, который силезскую идентичность свел к немецкой, это именно повторение ошибок украинских шовинистов. Тем не менее, то, что случилось с Украиной, не напоминает ли немного крах проекта Речи Посполитой в XVIII веке?

Разнузданнасть польской шляхты привела тогда к развитию альтернативных по отношению к польскости тождественностей на восточных рубежах государства, к ситуации, от которой не было уже пути назад, что на все баяны об экспансии на восток сегодня следует выливать ведро холодной воды.
Не мне здесь решать хорошо ли это или плохо, что Украина не воспользовалась своей возможностью. Почти за неделю проведенную на уникальном Крымском полуострове я радуюсь решению Крымчан. В марте 2014 года они проголосовали за то, чтобы Крым остался Крымом. То есть Россией. Навсегда.

Оригинал статьи
Переводчик: Pepela

Источник: http://www.inoforum.ru/inostrannaya_pressa/krym_rossiya_navsegda/

You can comment this article, but links are not allowed.

Оставить комментарий

Яндекс.Метрика